9 марта 2007
- Мама, почему мы не можем найти дедушку Фиму?
- Мы нашли его, малыш.
- Но я его не вижу!
- Вот тут он лежит. Мы на кладбище. Это такое место, где спят люди, которые умерли. Умереть - это заснуть навсегда. Если человек заснул навсегда, его приносят вот в такое место, в такой красивый сад, и тут хоронят - кладут в землю.
- Где дедушка Фима?
- Он вот тут спит, под этим камнем. Видишь, я положила ему цветы.
- Почему цветы? Почему ты плачешь?
- Плачу потому, что скучаю по нему. Принесла ему цветы, чтобы он знал, что скучаю. Может быть, он видит. Я не уверена. Но я надеюсь.
Я положила на камень десять белых роз. Когда хоронили, было пять белых и пять почти черных. Символ. Теперь черное, скорбное, ушло, осталось только белое: свет и память...
- А почему тут камешки? Кааак много камешков...
- Не трогай, Гошка, камешки на других могилах. К людям, которые спят тут, приходят те, кто их любит, кто скучает по ним. И каждый кладет камешек, или много. Каждый камешек - это чья-то память...
- Что?
- Извини, это ты пока не поймешь. Лучше иди сюда, вот тут в траве есть камешек. Нашла?
- Да...
- Возьми его, и положи на могилу к дедушке Фиме. Вот так, молодец.
Гошка подумала и пожала плечиком:
- Нет... Тут нет дедушки Фимы.
- Знаешь, Гош... Может быть, ты и права. Может быть, все эти люди не спят тут, а ушли на небо. И дедушка Фима тоже ушел на небо.
Я взяла ее за худенькие плечики, подняла глаза от камня к небу и все-таки сказала вслух:
- Ну посмотри же теперь на нее... Дееед!
- Да уж, - сказал Илюха. Он думал примерно о том же.
- А Аврама ты найдешь вообще? Четыре года...
- Кого мы ищем, мам?
- Был, Гош, такой хороший дедушка. Он переводил на иврит детские стихи. Твоя сестра Гуня с ним очень дружила... Илюх, он прямо над дедом. По вертикали, на верхней террасе.
Оказалось, что у Аврама на камне написаны стихи, примерно о том, что там, где Аврам сейчас, он радуется, когда мы видим радугу. Я освободила от целлофана огромную белоснежную лилию. Одну. Авраму удивительно подходят лилии.
В отличие от дедовой террасы, над верхней нет крыши, и простор, и красота, и та самая радуга, если появляется, видна прекрасно...
- Хорошо у него тут, у Аврама,... - сказал Илюха.
- А теперь ты куда идешь?
- Теперь я иду к Тале. Я тебе расскажу. У меня была подруга, она заболела и умерла. Иногда так бывает, умирают не только старые люди, но и молодые. Но старые гораздо чаще. А вот Талька умерла совсем молодой. Это было очень давно, тебя еще не было на свете, а Гунька была маленькая, как ты...
- Мам! Дай я цветочки понесу!
Тальке достались белые харциет - такие мохнатые цветочки, маленькие хризантемки. 28 февраля, в день ее смерти, Людмила Александровна оставила похожие, только цветные. И даже в воде, поэтому они почти дотянули до сегодня, только декоративные веточки засохли и мелкой колючей пылью разлетаются по ветру. Талька любила такие цветы: простые, неяркие, почти полевые. Прошлый год был желтый, а этот белый оказался.
- Можно я их понюхаю? Ой! Как они на меня пахнут!
Как же давно Тальки нет в этом мире. А цветы ее все пахнут.
- Гош, пойдем. Пора ехать домой.
Гошка вырвалась и присела. Она нашла одуванчик на пустой могиле.